Кто такие Нефилимы?

В отрывке Быт. 6:1–2, обсуждавшемся в статье «Кто такие сыны Божьи», мы читали о загадочной группе, называемой «сынами Божиими», которые по своему желанию брали в жёны «дочерей человеческих». Мы рассмотрели несколько возможных толкований того, кем могли быть эти «сыны Божии». Наиболее обоснованным подходом (хотя другие интерпретации также допустимы) мы сочли понимание «сынов Божиих» как могущественных небесных существ — членов Божественного совета (Пс. 81). Теперь обратимся к тому, как это может быть связано с легендарными нефилимами (которые в некоторых переводах названы исполинами).

Нефилимы в книге Бытие: предположительная связь

הַנְּפִלִים הָיוּ בָאָרֶץ, בַּיָּמִים הָהֵם, וְגַם אַחֲרֵי-כֵן אֲשֶׁר יָבֹאוּ בְּנֵי הָאֱלֹהִים אֶל-בְּנוֹת הָאָדָם, וְיָלְדוּ לָהֶם:  הֵמָּה הַגִּבֹּרִים אֲשֶׁר מֵעוֹלָם, אַנְשֵׁי הַשֵּׁם:

В то время были на земле исполины (הַנְּפִלִים הָיוּ בָאָרֶץ), особенно же с того времени, как сыны Божии стали входить к дочерям человеческим (אֲשֶׁר יָבֹאוּ בְּנֵי הָאֱלֹהִים אֶל-בְּנוֹת הָאָדָם), и они стали рождать им: это сильные, издревле славные люди (הֵמָּה הַגִּבֹּרִים אֲשֶׁר מֵעוֹלָם, אַנְשֵׁי הַשֵּׁם) (Быт. 6:4).

Согласно преданиям, изложенным в книгах Еноха и Юбилеев, нефилимы были детьми и внуками таких союзов. Со временем эта точка зрения стала преобладающей в самых разных иудейских и христианских традициях.

Прочтите шестую главу книги Бытие ещё раз — медленно и внимательно. Замечаете ли вы, насколько осторожно и неопределённо автор связывает эти два события? По меньшей мере можно сказать, что Моисей, по-видимому, не был полностью уверен в существовании этой связи. Он отмечает, что примерно в то время, когда сыны Божии начали вступать в половые отношения с дочерями человеческими, на земле жили нефилимы. При этом он использует еврейское выражение בַּיָּמִים הָהֵם (байамим ха-хем), что означает «в те дни», и добавляет: «и также после того» — וְגַם אַחֲרֵי (ве-гам ахарей-хен). На наш взгляд, текст Бытия 6:1–4 позволяет заключить: Моисей предполагал, что нефилимы были потомками этих запрещённых союзов, однако не был в этом уверен. Это вполне естественно, ведь Моисей не жил в те древние времена и не располагал свидетельствами очевидцев. Он писал много столетий спустя, опираясь на устную традицию, дошедшую до него.

Кроме того, мы хотим обратить ваше внимание на то, что сам Моисей, похоже, не относится к нефилимам отрицательно. На данном этапе повествования он говорит о них почти с восхищением: «То были могучие люди, издревле славные мужи».

Нефилимы в книге Чисел: исполины и страх

Продолжая исследовать природу нефилимов, мы не можем обойти вниманием ключевой текст из книги Чисел. Именно там рассказывается об отрицательном донесении соглядатаев, которых Моисей послал разведать землю обетованную:

…Народ, живущий на земле той, силён, и города укреплённые, весьма большие, и сынов Енаковых [на древнееврейском «анак» означает «великан», «гигантский»] мы видели там; Амалик живёт на южной части земли, Хеттеи, [Евеи,] Иевусеи и Аморреи живут на горе, Хананеи же живут при море и на берегу Иордана (Чис. 13:29-30).

И распускали худую молву о земле, которую они осматривали, между сынами Израилевыми, говоря: земля, которую проходили мы для осмотра, есть земля, поедающая живущих на ней, и весь народ, который видели мы среди её, люди великорослые; там видели мы и исполинов (הַנְּפִילִ֛ים — нефилимов), сынов Енаковых, от исполинского рода (בְּנֵ֥י עֲנָ֖ק מִן־הַנְּפִלִ֑ים — из нефилимов); и мы были в глазах наших пред ними, как саранча, такими же были мы и в глазах их (Чис. 13:33-34).

Не вполне понятно, почему в Числах 13:33 слово «нефилимы» в одном и том же предложении записано двумя различными способами. В первом случае оно содержит букву йод, а во втором — нет. Написание נְּפִילִים (нефилим, первое употребление) плохо согласуется с ожидаемой морфологией, если выводить это слово от еврейского корня נָפַל (нафаль), означающего «падать». Покойный Майкл Хайзер обращал внимание на то, что если бы слово «нефилимы» действительно происходило от нафаль, оно должно было бы иметь иную форму — например, нефулим или нофелим, в соответствии с обычными правилами словообразования древнееврейского языка. Он выдвинул предположение, что форма «нефилим» может иметь арамейское или аккадское происхождение — נפילא (нафила). В обоих этих языках слово может означать «исполин» или «чудовищное существо». Эта гипотеза подкрепляется тем обстоятельством, что форма «нефилим» (с буквой йод) встречается в еврейской Библии всего два раза, что позволяет предположить, что перед нами заимствованное слово или форма нестандартного происхождения. Существуют и другие объяснения, подчёркивающие отсутствие единообразной орфографии в древнем мире. Однако, поскольку обе формы употреблены в пределах одного и того же предложения, нам такие объяснения представляются недостаточно убедительными.

Тем не менее сам стих недвусмысленно связывает енакимов с нефилимами. Поэтому не остаётся сомнений, что енакимы каким-то образом принадлежат к более широкому роду нефилимов.

Енакимы и Голиаф: потомки нефилимов

В Книге Иисуса Навина говорится, что благодаря действиям Иисуса (напомним, он был одним из двенадцати соглядатаев) енакимы были почти полностью уничтожены, за немногими исключениями. Вот что мы там читаем:

В то же время пришёл Иисус и поразил [всех] Енакимов на горе, в Хевроне, в Давире, в Анаве, на всей горе Иудиной и на всей горе Израилевой; с городами их предал их Иисус заклятию; не осталось [ни одного] из Енакимов в земле сынов Израилевых, остались только в Газе, в Гефе и в Азоте (Нав. 11:21–22).

Нет сомнения, что сейчас вы уже вспоминаете (и вполне справедливо) одного из самых известных исполинов в библейской истории. Он был одним из последних енакимов, или нефилимов. В семнадцатой главе Первой книги Царств, в повествовании о Голиафе из Гефа и простом пастухе Давиде, мы читаем:

А Саул и Израильтяне собрались и расположились станом в долине дуба и приготовились к войне против Филистимлян. И стали Филистимляне на горе с одной стороны, и Израильтяне на горе с другой стороны, а между ними была долина. И выступил из стана Филистимского единоборец, по имени Голиаф, из Гефа; ростом он — шести локтей и пяди [около трёх метров] (1 Цар. 17:2–4).

Во Второй книге Царств 21:15–22 рассказывается, как четыре великана из Гефа, по всей вероятности родственники Голиафа, были убиты людьми царя Давида. О них сказано, что они «родились от исполина в Гефе», что непосредственно связывает их с родом Голиафа. Другие тексты, такие как Второзаконие 2:10–11 и 20–21, упоминают великанов в Ханаане, включая рефаимов, енакимов, эмимов и замзумимов.

Теперь, когда мы установили, что нефилимы и их потомки значительно превосходили обычных людей ростом, мы готовы рассмотреть, почему в Септуагинте (LXX) еврейские переводчики передали слово «нефилимы» не как «падшие» или «те, кто заставляет других пасть», а как «исполины».

Септуагинта и иудейские традиции: исполины в эллинистическом мире

Септуагинта (LXX), греческий перевод еврейской Библии III–II веков до н.э., передаёт еврейский термин נְפִילִים (нефилим) в Бытии 6:4 и Числах 13:34 как γιγάντες (гигантес), то есть «исполины». По всей вероятности, такой выбор перевода был обусловлен скорее интерпретацией текста, чем лингвистическими соображениями.

Иудейские переводчики греческой Септуагинты, возможно, действительно считали, что слово נְפִילִים (нефилим) происходит от арамейского נפילא (нафила), означающего «исполин» или «чудовищное существо». Однако мы, скорее всего, никогда не узнаем этого наверняка. Работая в эллинистическом культурном контексте, они могли сознательно использовать греческое слово γιγάντες (гигантес), чтобы передать физические и мифологические особенности этих существ, вызывая у читателя ассоциации с титанами или гигантами греческой мифологии — могущественными существами огромного роста.

Вполне логично предположить, что переводчики Септуагинты, трудившиеся в греческой Александрии, выбрали слово γιγάντες (гигантес), чтобы сделать текст более понятным для грекоязычных иудеев и греков, связав еврейские представления с привычной для них культурной системой координат. Такой выбор, вероятно, отражает определённую традицию толкования, а не строго филологический подход, отдавая предпочтение легендарному статусу нефилимов, а не точной (или иной возможной) этимологии этого слова.

Кроме того, переводчики, вероятно, находились под влиянием других иудейских традиций, в которых нефилимы понимались именно как исполины. Наиболее яркий пример — Первая книга Еноха, где нефилимы описываются как гигантское потомство Стражей. Это позволяет предположить существование ранней иудейской традиции толкования, которой могли воспользоваться переводчики Септуагинты (LXX). В Первой книге Еноха, особенно в её разделе, известном как Книга Стражей (1 Ен. 1–36), содержатся отрывки, описывающие нефилимов как исполинов, подчёркивая их огромные размеры и разрушительную природу. Там мы читаем:

И их было всего двести [Стражей], которые спустились во дни Иареда на вершину горы Ермон… И взяли они себе жён… и родили великих исполинов (1 Ен. 6:6–7).

И [человеческие женщины] забеременели, и родили великих исполинов, чей рост был три тысячи локтей (1372 метра) (1 Ен. 7:2).

И вот! Дочери человеческие родили исполинов, и вся земля наполнилась кровью и неправдой (1 Ен. 9:9).

Перевод Септуагинты, передающий слово «нефилимы» как «исполины», по всей вероятности, отражает сочетание нескольких факторов: контекстуальных указаний (их могущество и внушающий страх облик), культурной адаптации (сближение с греческой мифологией), а также, возможно, уже существовавшей традиции толкования, представленной, например, книгами Еноха.

В отдельном исследовании я также рассмотрю, были ли связаны нефилимы, упоминаемые у Моисея, с месопотамскими преданиями о семи Апкаллу — мифических исполинах, которые были на две трети божественными, обладали необычайной силой и мудростью и в конечном итоге навлекли на себя гнев своих богов.

Наследие нефилимов: миф, история и богословие

Нефилимы — одни из самых загадочных персонажей Библии, соединяющие в себе древние повествования и традиции. В Бытии 6:4 они появляются в связи с тем, что «сыны Божии» вступили в брак с «дочерями человеческими», а в Числах 13:34 они связаны с внушавшими страх енакимами. Моисей описывает их как могущественных существ, однако делает это весьма осторожно, показывая, что происхождение нефилимов остаётся не вполне ясным. Более поздние источники, такие как Первая книга Еноха и Септуагинта, называя их «исполинами», делают их образ ещё более легендарным. Независимо от того, рассматривают ли их как падших существ или как героических исполинов, в их истории переплетаются еврейские, арамейские и греческие представления, особенно заметные в Септуагинте. Связанные с такими персонажами, как Голиаф, нефилимы занимают важное место в библейском повествовании и оказали влияние на последующее развитие иудейской и христианской мысли. Их история, укоренённая одновременно в Писании и в древней традиции, продолжает привлекать внимание и сегодня, напоминая нам о том благоговении, которое древний мир испытывал перед всем необычным.